Старый дом с раскрытыми настежь входными дверями прятался за цветущими кустами вишни где-то в стороне от городского движения. Где-то на берегу Оки, чуть на пригорке, среди местной бытовой свалки каких-то автомобильных отходов. Он однозначно жилой. В немногих окнах горел свет, колыхалась лёгкая тюль от приоткрытой форточки, но было тихо. Тихо и безлюдно, так что я не смогла сдержаться и решительно направилась к крайнему подъезду.
Деревянный двухэтажный дом. Никто не высунулся в окно, никто не проявлял любопытства к постороннему вторжению. Ни одна бабуля не примкнула к дверному глазку и даже не скрипнула рассохшаяся половица. В подъезде горела лампочка, довольно тускло, освещая лишь первый этаж и часть лестницы на второй.
Деревянные потолки, затёртые стены, пара почтовых ящиков, три квартиры. На втором этаже темно — меня это не смутило, я поднималась выше и..остановилась. Глаза бороздили густую черноту. На втором этаже никаких признаков жизни. Воздух спёрт, низкий потолок между лестниц парализует, внушает панический ужас, а ещё он будто давит, ложится на плечи, упирается в голову. Было страшно раствориться в стенах чужого пространства, соединиться мысленно, обреченно. Случайный шорох, я вздрогнула и быстро спустилась вниз.
Рязань. Май 2017